Линда Йеллин

Я напялила новые с иголочки и девственно чистые кухонные рукавички и, боясь их испачкать, схватила дуршлаг, а может быть и сито, и кинула в раковину. Затем оттащила туда же кастрюлю кузины Глэнды – пора было промывать спагетти. Выполнив эту не слишком приятную процедуру, я добавила в приготовленное мной блюдо кетчупа, немного сыра, две щепотки перца и почувствовала себя поваром.

– Для желе и спагетти подают разные тарелки,  – инструктировал Майкл, стоя рядом со столом в джинсах и тенниске – так он больше походил на знакомого Майкла.  – Иначе желе растает. Ведь спагетти должны быть горячими. Вот, смотри, уже тает.

– Жаль, что никто не удосужился подарить нам тарелки для салата.

– Ну и нечего было тогда делать это желе.

– Постой, но ты же его обожаешь! Давай начнем с него. Я готовила его особым способом – в морозильнике.

– Замороженное желе?  – с испугом пробормотал Майкл.

– Ну, какое www.oz-mobile.ru же оно мороженое? Ты же сам сказал, что оно начало таять!

Майкл взял свою тарелку.

– Пойдем в спальню. Мне бы хотелось посмотреть новости.

– А что делать с подсвечниками и фужерами?  – попыталась возмутиться я.

– А что там нового на политическом небосклоне?  – услышала я вопрос Майкла, удалявшегося в спальню с тарелкой мокрого спагетти и подтаявшего желе в руках.

После этого вечера мы всегда ужинали перед телевизором.

– Расскажи о твоей работе. Мне ведь это все интересно! А то, как мне кажется, новости по ящику для тебя важнее, чем общение со мной. Мама говорила, что секрет удачного брака заключается в задушевной беседе перед сном.

– Господи, да о чем там рассказывать?  – удивился он.  – Вроде все в норме.

– Ты по мне не скучал? Я весь день думала только о тебе. ..

—Знаешь, я сегодня был настолько занят, что, по-моему, и не вспоминал о тебе,  – задумчиво ответил Майкл после паузы.

Я аж села.

– Ну, если у тебя столько дел, то почему ты не расскажешь мне о них?

– Я очень устал, давай поговорим завтра,  – вот и весь ответ.

Я отвернулась и уткнулась в подушку. Как бы мне хотелось, чтобы это была широкая грудь моего мужа! Но он не разделял моего энтузиазма и отодвинулся, сказав, что ему щекотно.

– Майкл, а ты счастлив?  – вдруг вырвалось у меня.

– Что за идиотский вопрос?  – раздался из темноты возмущенный голос Майкла.  – Я счастлив и полагаю, что ты – просто чудо. Но давай-ка лучше спать!

И тут же он захрапел. Я осторожно поцеловала его, отодвинулась, поудобнее устроилась лежа на спине и уставилась в потолок. Я глядела вверх и думала. Да, видимо, я еще не совсем готова к браку. Не приложу ума, что следует предпринять. Похоже, мужчина-любовник кардинально отличается от мужчины-мужа. Со своей стороны я никак не могу понять, что должна чувствовать и как себя вести настоящая жена. «Господи, поскорее бы выйти на работу! Хоть там была бы при деле». Но также мне было ясно, что я заранее ненавижу службу, что это только компромисс. Вряд ли она станет моим призванием. В мечтах я видела себя в стерильном, как операционная, кабинете, на дверях которого на медной табличке выгравировано мое имя. К нему я, правда, еще не привыкла, несмотря на его элегантность.

Фрэнсис Б. Ведлан – прекрасный работник, экстраординарная женщина, отличная жена, может быть, любящая мать. Ну, это когда-нибудь, еще не скоро. Сначала нужно заиметь работу, которая бы рассеяла страхи матери, благодаря которой я обрету финансовую независимость от мужчины. От моего мужа.

И вот я погрузилась с головой в мир вентиляторов, батареек, предохранителей, лампочек и всевозможных бытовых электроприборов. Первые две недели мне пришлось писать рекламные объявления различных каталогов, а потом меня направили в торговый отдел. Мы с моими новыми приятелями, которых звали Двейн и Луи, бились как рыбы об лед, решая новые для нас проблемы. Одной из составных частей стажировки, которую мы проходили, было присутствие на многочисленных совещаниях, где происходило обсуждение новых торговых каталогов нашей родной фирмы «Сирз».