Линда Йеллин

– Чем тебе помочь? Может, почитаешь газеты? Я сейчас принесу тебе немного сока и включу радио.

Майкл забрался под одеяло и долго ворочался, устраиваясь поудобнее.

– Мне надо принимать лекарство,  – заявил он.  – Что я должен принимать?

– Аспирин. www.topnews7.ru Не лекарство – чудо. Мертвого на ноги поставит.

– А мне ты его дашь, пока я жив, или будешь ждать, пока умру?

– Жив, но слишком слаб.  – Я подоткнула одеяло и одарила мужа сияющей голливудской улыбкой.  – Сейчас принесу.

– И воды захвати.

В аптечке я нашла то, что искала. По дороге в спальню прихватила стакан с водой, газету и все это доставила больному.

– Вдруг я завтра не смогу пойти на работу,  – обреченно вздохнул Майкл, вытянув руки вдоль тела. Казалось, он готовится к чему-то ужасному.

– Не велика потеря! Ведь ты же ее терпеть не можешь.

– Но к началу следующей недели я должен подготовить подробный анализ положения дел на рынке. ..

– Может быть, поэтому ты и свалился.  – Я положила две таблетки ему на ладонь. Он проглотил их, поморщился и запил водой.

– Почему поэтому свалился?  – спросил он, откидываясь на подушку.

Я присела на край кровати.

– Знаешь, когда в свое время в школе должна была быть контрольная, а я не была к ней готова, то обычно заболевала. Обычно у меня начинал болеть живот. И я так втянулась, что как только объявляли контрольную, меня сразу начинало тошнить, и подступала рвота. Врачи говорили, что это – самовнушение.

– Какая ерунда!  – возмущенно воскликнул Майкл,  – а как же вирусы?

– Думаю, что ты выкарабкаешься,  – я погладила его по щеке и протянула ему его любимую игрушку,  – вот газета. Или хочешь мою книжку?

– Но ведь у тебя какая-нибудь ерунда?

– Я не просила оскорблять мой читательский вкус. Я просто предложила тебе книгу.

– Сделай мне, пожалуйста, кекс,  – жалобно попросил Майкл.  – Так люблю, есть кекс, когда болею. ..

– Конечно, сейчас,  – и я поспешила на кухню.  – Уверена, что в армии ты никогда не болел.

До конца дня он спал, ел, читал газету. Я же погрузилась в свое чтение. И, конечно, мы смотрели телевизор, который уже давно стал полноправным членом нашей маленькой семьи.

На следующий день Майкл остался дома. Когда я вернулась с работы с головой, забитой рекламой новых батареек, я увидела его восседающим в кровати, вылизывающим тарелку после орехового мороженого. Я бросила на кровать кипу свежих газет, наклонилась и губами приникла к мужнину лбу.

– Температура спала, как ты себя чувствуешь?

– Мне понравилось увиливать от работы. Может, бросить ее к черту?  – ответил Майкл,  – да, я тут почитал этот твой дурацкий романчик.

– Ты? !

– А знаешь, он не так уж и плох. Особенно эта шаловливая сиделка Лоррейн. ..

– Ты решил уйти с работы?

– Но ведь я занимаюсь там такой ерундой!

– А тебе там хорошо платят.

– Хорошо-то хорошо. .. Да вот работа дурацкая. Кому может понадобиться информация о росте спроса на новый одеколон, исчисленного в процентах?

Я заняла место в ногах на его ложе.

– Ладно. Давай вернемся к делам сегодняшним. .. и начнем с писем. Вот, папаша Джерри разродился – письмецо с фотографией его молоденькой женушки.  – После того предсвадебного письма, где он рассыпался в поздравлениях и сожалел, что обстоятельства не позволяют ему присутствовать на торжестве, от него время от времени приходили известия. В частности, я знала, что у него начался бурный роман, впоследствии переросший в более серьезное чувство. Я всегда отвечала на эти послания. Не из желания, скорее из вежливости или чувства долга.

Я сунула злополучную фотографию под нос Майклу.