Линда Йеллин

– Можно мне поцеловать тебя?

– Это было http://highschoolbooks.ru бы прекрасно,  – откликнулся он.

Я гладила его лицо. .. Одной рукой он обнял меня. Майкл был таким медлительным и нерешительным. .. Похоже, все это требовало от него огромных усилий, но, казалось, ему было приятно.

– Твои губы пахнут хрустящей картошкой,  – засмеялась я.

– И твои. ..

А потом мы сидели, прижавшись друг к другу.

– Как ты себя чувствуешь с этой повязкой на глазу. Наверное, непривычно?

– Да, немного. Но с этим ничего нельзя поделать.

– Ах, милый. .. Это не может быть правдой. Они не могут быть правы. .. Проклинаю все это. ..

Его нога опять стала подрагивать. Я попыталась его успокоить. .. Обняла. Но я знала, что не смогу найти в себе силы сказать главное и единственное, что ему нужно от меня услышать. .. Что все будет хорошо. И я стала говорить с ним о смерти. Сказала, что не надо бояться. Что все люди, пережившие клиническую смерть, рассказывают о радостном и чистом свете, виденном ими в конце тоннеля. О родственниках, которые ждут нас там. .. Я думала, он пропустит мою болтовню мимо ушей. Но Майкл весь превратился в слух, жадно впитывая информацию. Впервые я видела в нем неподдельный интерес. И все эти оккультные сентенции сыпались из меня, как из хорошего лектора. И пока я вещала с убежденностью проповедника, вторая половина моего естества корчилась от той мучительной лжи, которую я извергала. Что я в действительности могла знать обо всем этом? Да и кто мог знать? Но мне было просто необходимо убедить его в правильности моих слов. И поэтому я прилагала все силы, чтобы то, что я говорю, звучало как можно более правдоподобно.

Когда я остановилась, чтобы слегка передохнуть и припомнить что-то еще из прочитанного, Майкл посмотрел на меня и тихонько сказал:

– Мне так страшно. ..

Ближе к вечеру навестить Майкла пришли Фей и Арчи Марксдон.

Они заявились с дюжиной выращенных дома помидоров. Было, похоже, что они и не представляют, что мы с Майклом в разводе. Так что главной темой нашего общения стало выращивание помидоров. Но не проходило и пары минут, чтобы Фей, окинув нас взглядом – Майкл сидел на своем стуле, я же устроилась на скамеечке у его ног – не повторяла: «Такая милая пара. .. ». Затем она кивала головой и возвращалась к беседе о неестественном цвете тепличных помидоров или нелепых ценах на магазинные.

Мы с Майклом особо не участвовали в разговоре. Если правду говорить, то он вообще молчал. Просто сидел в своем кресле и вежливо улыбался. Пару раз за вечер Гордон приносил Майклу таблетку, и тот их беспрекословно принимал. Мое же участие в разговоре ограничилось репликой «спасибо! », когда Арчи стал вспоминать, как ему понравилось у нас на свадьбе. Уходя, Фей все время повторяла: «Прекрасная пара. .. прекрасная».

После их ухода Гордон спросил – не хочет ли Майкл вздремнуть. Майкл сказал, что это – «прекрасная идея». И отец увел его в спальню.

– Я буду здесь, когда ты проснешься,  – крикнула ему вслед я.

Норма принялась за вязание.

– И долго ты собираешься здесь оставаться?  – спросила она через пару минут.

– Неделю,  – ответила я.

– Неделю?  – удивленно переспросила она.

– Фрэнни собирается остаться на неделю,  – сообщила она Гордону, как только он показался на лестнице. Затем она обратилась ко мне:

– И где же?