Линда Йеллин

– Скажи, а как ты различаешь своих приятелей в темноте?

Я как ошарашенная застыла под ним.

– Ну, думаю, я буду ростом повыше,  – продолжил он.

– А ну слезай с меня,  – закричала я, отталкивая его.

– Шутка,  – перевернувшись, ответил Майкл.

– Ну, очень смешно,  – констатировала я, поворачиваясь к нему спиной и отодвигаясь на край кровати настолько, на сколько это было возможно.

Рано-рано утром, когда еще не начало по-настоящему рассветать, я прижалась к нему, и мы занялись любовью.

– С годовщиной тебя,  – прошептал он.

– Тебя тоже,  – отозвалась я.

Предполагалось, что на следующей неделе мы нанесем визит в Спрингфилд. Майкл ездил туда несколько раз, пока я моталась по делам. Я же не видела его родителей с самого Рождества. Одна мысль о встрече с ними, молчаливо сидящими в своей комнатке, пугала меня. Слишком уж это было похоже на то, как мы с мужем часами сидели рядом, не обращая друг на друга внимания.

В тот день было очень жарко. Асфальт на дороге, как казалось, кипел. Колосья на полях поникли в тщетном ожидании дождя. В небе застыло густое желто-серое марево.

– Да, запашок здесь не из приятных,  – констатировала я, откинувшись на сиденье в Тщетном поиске тени.  – И как это люди тут живут?

– Они – фермеры,  – ответил Майкл.  – Они не могут себе представить, как это мы умудряемся не помереть от автомобильного угара в городе.

Я уставилась в окно. Майкл не отрывал взгляда от дороги. От скуки я включила радио. Но уже через минуту выключила – одна радиостанция вещала о Боге, на другой волне диктор распинался о соевых бобах.

– Ничего интересного,  – я щелкнула выключателем.  – У них здесь нет ни одной приличной радиостанции.

– Да и помехи сильные,  – подтвердил Майкл.  – Не волнуйся, подъедем к городу, поймаешь что-нибудь получше.

Я опять уставилась в окно, а Майкл – на дорогу.

Совсем обалдев от скуки, я предложила ему повести машину. Он подрулил к обочине и уступил мне место. Теперь он глядел в окно, а я – на дорогу. И я испытала огромное облегчение, когда впереди показались первые постройки столицы штата, Спрингфилда.

С автострады на Спрингфилд вели целых пять съездов, и я никак не могла запомнить, на какой же из них следует сворачивать и как выруливать дальше. Майкл взялся быть штурманом. Чем ближе мы подъезжали к дому его родителей, тем более я ощущала холодок в своем животе. Мне опостылело разыгрывать из себя любящую сноху.

Когда мы подъехали к дому, Майкл приказал мне свернуть на стоянку, но я против своей воли продолжала ехать вперед, не снижая скорости.

– Не могу,  – призналась я.  – Не могу быть там, с твоими родителями. Это слишком тяжело.

– И что я должен делать?  – рассердился он.  – Они же ждут нас. И почему же ты не желаешь общаться с ними?

Кружа и петляя по улицам, мы, наконец, отъехали на несколько кварталов от места назначения. Я остановила машину. Мимо промчался какой-то толстяк в фиолетовом кабриолете. .. смеялись дети, раскачиваясь на скрипящих качелях. .. Мы оказались рядом с городским парком. Он был огромен, и сейчас почти пуст. Майкл резко выскочил из машины, сделал несколько шагов по засохшей траве и замер, уставившись в землю. Я сидела в машине, потом мне это надоело, и я вышла и, остановившись в нескольких метрах от него, сказала:

– Не знаю, чего я хочу. Знаю, чего мне не хочется – торчать здесь все выходные.

• Наконец мы подъехали к больнице. – Раз уж ты…
• – Правда?  – сказал Майкл, будто это было для…
• – Все будет в порядке,  – убежденно заявил Майкл…
• Я старалась убедить себя, что это счастье – быть…
• – По крайней мере, информация у тебя из достоверного…
• – Мы возьмем туда его родителей и дадим вам, дети,…
• О, сколько раз в своих письмах она ненавязчиво…
• – Я так рад, что мы встретились. ..  – Майкл нарушил…
• – Ты говоришь так, потому что не относишься творчески…
• Во взятой напрокат машине было жарко, как в раскаленной…
• – Алло! Это Джим? Джим, вы помните меня? Это Фрэнни.…